Это герои, показанные в штормовых волнах в самом начале. С первых кадров фильм погружает в античность, в какую-то мистериальную  и фантастическую реальность.  А кто по незнанию недопогрузился - того вмиг притапливают прямые обращения, фигуры "ведущих хора", которые обращаются к зрителям, выражают авторские размышления и переживания. 

много-много скринов и две станицы текста

На днях посмотрел фильм "Район №9". Замечательный фильм, не обычный, редкое явление для Голливуда. Хотел написать сам, но нашел рецензию отличную:

Нелюди Района N 9



Фильм молодого режиссера Нилла Блокампа «Район № 9» представлял Питер Джексон. Возможно, Джексону это кино напомнило его собственные ранние, как говорят, слегка хулиганские работы, однако к сожалению до нашего массового зрителя они не дошли даже на DVD. Ну что ж, зато мы увидели фильм молодого борца за правду:)

То, что показано в «9-м районе», к несчастью, огромная редкость для голливудского, да и для мирового кино. Однако некоторая часть наших зрителей, удостоившаяся в свое время чтения Стругацких и других столпов советской НФ, ожидает от кинофантастики уж никак не меньше, чем «Гадких лебедей». Ну и вот, наконец, что-то на уровне, да еще и глазами иной культуры, так сказать.

Собственно, фантастика в фильме ограничивается формальным наличием пришельцев, похожих на двуногих муравьев ростом с человека и ведущих себя соответственно, а также их космического корабля. Завязка сюжета такова: над Йоханнесбургом (Южная Африка) зависает инопланетный корабль. Долгое время из него никто не выходит. Наконец, люди решаются войти внутрь и обнаруживают там большое количество пришельцев, выглядящих и ведущих себя как беженцы.
Вначале все мировое сообщество следит за Первым Контактом, пришельцев выпускают на Землю, возникает программа их социальной адаптации. Одновременно крупнейшая технологическая корпорация начинает изучать инопланетян, делая упор, как водится у людей, на военные технологии. Однако выясняется, что хотя пришельцы и привезли с собой много оружия, оно может использоваться только ими самими, поскольку в нем техника успешно сочетается с биологической основой, ориентированной на инопланентную генетику.

Проходит двадцать лет. Почти два миллиона пришельцев живут в гетто, именуемом «Район № 9». Они ведут типичный образ жизни беженцев: живут в фанерных лачугах, роются в помойках. Вокруг гетто промышляют нигерийские банды, выменивающее инопланетное оружие на еду. Пришельцы едят сырое мясо, а больше всего им нравится кошачий корм. Люди и инопланетяне научились понимать язык друг друга. Никакого «высшего разума» инопланетяне не демонстрируют, напротив, больше всего напоминают насекомых, лишившихся управления. Считается, что управляющий модуль отделился от корабля и скрылся неизвестно куда вместе с командованием.

Через двадцать лет сосуществования люди требуют выселить «проклятых нелюдей». С этого начинается фильм.

Кино сделано в форме последовательности новостных репортажей, перемежающихся собственно действием. В связи с этим уже с первых минут зритель начинает ощущать себя живущим во времена Первого Контакта. Вернее, через двадцать лет после него.

Почтенные отцы семейств и добропорядочные домохозяйки по очереди высказываются, кто эмоционально, кто основательно, против близкого соседства инопланетян, сеющих вокруг себя, по их словам, преступность, грязь и прочие гадости. Вняв голосу возмущенного народа, занимающаяся пришельцами корпорация готова переселить два миллиона инопланетян в другое место, «гораздо лучше приспособленное для пришельцев», по сути представляющее собой концлагерь посреди пустыни. Герой фильма, функционер корпорации, получивший повышение благодаря протекции своего тестя – одного из высших руководителей этой же корпорации, с гордостью приступает к выполнению почетной миссии – переселения чужаков.

Здесь фантастика заканчивается и начинается реальность. Она такова, что вспоминаются слова из песни Михаила Щербакова: «Теперь бы эту быль обратно сделать сказкой, но слишком много дел и слишком мало сил». В общем, люди в очередной раз демонстрируют Космосу свои нечеловеческие стороны. Однако зритель с ужасом понимает, что если бы он видел все показанное в репортаже про каких-нибудь албанских, иракских или чеченских беженцев, оно воспринималось бы как вполне естественное. При этом в фильме нет «смакования сцен насилия». Насилие в кои-то веки выглядит, как ему, насилию, и положено – отвратительно. Отвратительно не в плане того, что вызывает отвращение, а потому что отвращение вызывают те, кто это насилие совершает.

На мой взгляд, удивительно точно показан тип главного героя. Можно сказать, что на таких людях держится фашистское государство. Да, головорез с автоматом – это страшно, но ничтожество с автоматом, а особенно – ничтожество во главе отряда головорезов с автоматами – это просто конец света! При этом очень грамотно демонстрируется, как мелкий клерк, волей судьбы получивший задание глобального масштаба, проникается атмосферой дозволенности насилия постепенно. В ходе выселения, снимаемого на камеру для «контроля со стороны мирового сообщества, чтобы все было по закону», он как бы пробует: а можно с пришельцем так? Ага, можно! Тогда можно еще вот так его? И так можно?! А можно напалмом? Ух ты, как здорово!!

И поэтому последующая сюжетная линия, требующая от героя пересмотра своей жизненной позиции, выглядит реалистично исключительно благодаря фантастике: только «инопланетная зараза», подцепленная им в гетто и вызвавшая мутацию, позволяет зрителю поверить, что и такой человек оказывается способен на человеческие поступки.

Я считаю, это кино надо показывать руководителям ряда стран не реже раза в неделю, а высшим чиновникам сверхдержав – ежедневно, при этом заставляя смотреть, не отрываясь от экрана. Может, тогда они станут хоть немного походить на людей.